не зал и не палуба

человек четверга

Чт Сен 26, 2019 20:21

Для разнообразия - я. В роли Поэта.
Роли для меня второстепенной, не обязательной и необременительной.
Вчера на кухне внезапно пришло в голову вспомнить - а что я знаю наизусть из собственных стихов?..

Вот это, из старых, что-то около 1994 года:
(вместо эпиграфа: ...любовь никогда не перестаёт.(с)апостол Павел)

Скрытый текст: Показать Химера. Именуется – «любовь». Нелепый вид. Прокуренные зубы. Боится слов. Клюёт на дураков. Свободу любит. Слишком сильно любит. Стремится к суициду и тоске. Не видит очевидного под носом. Любое зданье строит на песке, И вечно пребывает под вопросом, Изогнутым дамокловым мечом: «А ты его себе не сочинила?» По жизни в драке, сроду ни при чём. Изводит нервы, душу и чернила. Порою жжёт, пока не догорит, Оставив лишь обугленные руки. Умеет разлагаться изнутри И падалью несёт по всей округе. Меняет шкуры, души и тела, Мешает отдыхать по воскресеньям, Вредит здоровью, нервам и делам. Является единственным спасеньем. Скрыть

Вот это, двадцать лет спустя, 2014 - почти помню.
эпиграф:
Но в Крыму ли, на Суматре,
Всё опять-таки в театре,
И опять-таки в плохом.
(М.Щербаков)

Скрытый текст: Показать Фигляры умирают очень долго. Курносая не может разобраться где тут клиент. Шуршит за декорацией и шарит меж личинами без толку, перебирая парики и шляпы, всё ищет душу трагика-растяпы. Так много времени дано судьбой. Мне хочется поговорить с тобой. О том как утомлённо и жеманно театр внимал последней пасторали. Как на полтона скрипки привирали, зато их заглушали барабаны. Как в сотый раз взобравшись на подмостки и взгляд кидая в ложу вертихвостки, ей строя глазки, я привычно врал свой монолог, засевший в горле костью и думал: ну когда уже финал. Как поднялась рука с воздетой тростью и прозвучало: «Я предупреждал!» И этот нос, огромный, безобразный как пик, утёс и материк – всё разом, мне весь театр на время заслонил. И этот нос прогнал меня со сцены. Да, зрительской любви я знаю цену, но как легко нас предают они. Приходят те, кто должен нас сменить, кричат «не верю» и взыскуют правды, убить себя готовы шутки ради. Им не знакомы правила игры. И пишут кровью и творят миры. Любой гамен булыжник тротуарный швырнёт в паяца с лёгкой их руки. Но если бы не этот нос кошмарный, я б вот такого взял в ученики. Теперь я не играю в пасторалях и холодно в квартирке у меня. Лишь псы под окнами моими лают, а не поклонниц голоски звенят. Никто не вспомнит бывшего таланта, и гром аплодисментов не грозит. ….а он мне шлёт паршивых музыкантов, чтоб поглумиться. Помнит, паразит! Пока я от мигрени помираю мерзавцы тут фальшивят третий час. Я мстить не стану. Я тебя сыграю. Не публика, но бог рассудит нас. Да. В пятиактной стихотворной драме на тридцать с лишним действующих лиц кому доверят роль твою и память, как не премьеру, чтоб из-за кулис на сцену вынес под аплодисменты великолепный легендарный нос, достойный получить букеты роз и приторную нежность комплиментов. Кто как не опытный актёр со стажем так убедительно вздохнёт в тиши, так передаст движения души одним только качанием плюмажа. Директор подсчитает барыши и прослезится: «Вот не думал даже! Такой успех. И пресса первый класс. Ах, друг мой, кем же мы заменим вас»… (когда бревно сорвётся со стропил) «С каким вчера вы жаром, власть господня, ей прошептали: я вас не любил!» (….Я покажу вам большее сегодня.) Спасибо, что прогнал меня со сцены. Теперь присядь со мною и смотри: Во всех театрах мира неизменно Роль Сирано играет Монфлери. Скрыть

Вот это - не помню, но стоило бы вспомнить:

Скрытый текст: Показать Господин Журден не умел разговаривать прозой. Не умел выращивать розы, возводить мосты, танцевать полонезы. Господин Журден служил городским палачом. Время расставит всё по своим местам и разложит всех по своим могилам. Он был настоящий мастер. Обращались к нему на «Вы» и только в особых случаях: «Господин Журден, тут нужны ваша точность и сила замаха. Боже, как мы вас ценим! Что говорите, негодная плаха? Сию же минуту заменим!» Господин Журден был истинный профессионал. Блестяще знал анатомию и марки стали. Но потом настали новые времена. Изобрели гильотину. Господин Журден прекрасно всё понимал. Так гораздо гуманнее и эффективнее. И нет уже необходимости в истинном мастерстве. Он подумал какое-то время, даже немного поплакал, побыл на грани самоубийства, но решил, что не сможет по-настоящему мастерски отрубить самому себе голову. Тогда он сменил профессию. А поскольку всегда был ценителем истинной красоты, он стал делать корсеты для дам. Время расставит всё по своим местам и разложит всех по своим могилам. Он приходит ко мне по вечерам. Господин Журден, палач и корсетный мастер. И молчит, глядя в экран, потому что так и не научился разговаривать прозой. Скрыть

Одиссей, разумеется. В паре мест запинаюсь только.

Скрытый текст: Показать Одиссей с войны возвращается двадцать лет. Он теряет друзей, совершенно не спит ночами. Он бросает корабль туда, где прохода нет. Вводит в вену сок лотоса, стирая память. Пред очами начальства прикидывается овцой. Слышит то, что другим не разрешается слышать. Одиссей возвращается. У него получилось выжить. И теперь он твёрдо намерен вернуться домой. Мелким почерком в школьной тетради в клетку Запиши всё то, что встретится на пути. Двадцать лет. Не торгуйся с автором, детка. Двадцать лет ему нужно, чтоб до тебя дойти. Этот срок так щедро отпущен ему Гомером. Автор был реалист. Совсем не мифический срок. И твоя задача – не стать нелепой химерой, Пока боги путают запад, юг и восток. Даже боги не властны над роком. Запомни, детка. Боги только делают вид, что движут сюжет. Под ногами хрустнет судьба как сухая ветка, Ты застынешь, услышав звук. Ты погасишь свет. Осторожно, чтоб не вспугнуть, ты погладишь время, Что свернулось мохнатым «сейчас» у твоих ног. Ты прогонишь мысли о том, что случилось с теми, Кто не смог вернуться. Путь и вправду далёк. По разбитой дороге, где пёхом, где автостопом, Распевая похабные песни с чужих планет… Троя рухнула. Начинай считать, Пенелопа. Одиссей с войны возвращается двадцать лет. Скрыть

И вот это ещё, хорошему человеку дарёное:

Скрытый текст: Показать Возьмут за плечи, скажут: Смотри. Смотри - это снег. Он падает вниз. Это фонарь. У него внутри - электричество. Вокруг него - свет. Обернись. Вот это - дерево. Зовут "рябина". Но это не важно, не запоминай. У каждого дерева есть своё имя. Ты смотри. Ты не думай про имена. Скрыть